Chapter 12
Ви таки не поверите, но следующая глава выходит, хоть и со срывом всех возможных сроков. Удивительно, но я почти все это время сижу над переводом под музыку, не имеющюю никакого отношения к стимпанку вообще.
Да, такие вот соотечественники толстого тролля Уго Чавеса – отличный венесуэльский oi! с индейскими дудками. И заодно, с приятным слуху русского/советского человека названием – Camarada Kalashnikov.
А тут – продолжение книги.
По мере того, как Дэрин и Ньюкирк пробирались к носу «Левиафана», шум летучих мышей становился все громче. Посылаемые мышами эхолокационные импульсы звенели, как град по железной крыше. Остальные гардемарины двигались прямо за Дэрин. Их сопровождал мистер Ригби, громко ругаясь, чтобы хоть как-то заставить «ленивых негодяев» подниматься быстрее. Все потому, что мышей следовало кормить непосредственно перед началом атаки.
Внезапно из темноты выскочила стая ястребов, несущих противоаэропланные сети. Ньюкирк издал сдавленный вопль и скользнул вниз по борту воздушного корабля; его ботинки при соприкосновении с мембраной неприятно скрипели. Наконец, он все-таки остановился. Дэрин оставила свою сумку и поспешно спустилась к нему.
- Долбаные чудища! Эти безбожные птицы решили напасть на нас! – заорал Ньюкирк. Его шейный платок еще больше запутался, превратившись теперь в совсем непонятный и бесформенный узел у него на шее.
- Нет, они даже и не пытались сделать что-то подобное, – ответила Дэрин и подала Ньюкирку руку.
- Что, джентльмены, поджилки дрожат? – ехидно осведомился откуда-то снизу старший боцман Ригби, – что ж, значит пора привнести в окружающую обстановку немного света!
Он вытащил свой свисток и извлек из него несколько громких, грубых нот. Как только звук свистка достиг мембраны, под ней оживились светлячки. Они ползли прямо под кожей аэромонстра, давая достаточно света для нормальной работы экипажа. Однако, это бледно-зеленое свечение никогда бы не выдало присутствие в воздухе «Левиафана» наблюдателю пролетающего мимо вражеского аэроплана. Тем не менее, учения обычно проводились в полной темноте. Дэрин даже почувствовала что-то вроде смущения — ведь светлячки понадобились для того, что бы всего лишь просто ходить. Ньюкирк, чуть дрожа, посмотрел под ноги.
- ЭТИ мне тоже не нравятся…
- Ну, ты вообще на дух не переносишь всех псевдозверей, – сказала Дэрин.
- Ага, но те из них, которые ползают — самые отвратительные, пожалуй.
Дэрин и Ньюкирк продолжили подъем, теперь уже позади остальных. Но нос «Левиафана» все равно был ясно виден. Он был весь облеплен летучими мышами, словно большой магнит — железными опилками. Их писк, казалось, доносился отовсюду.
- Похоже, джентльмены, наши мышки явно проголодались. Так что смотрите, чтобы они вас случайно не укусили! – предупредил гардемаринов мистер Ригби.
Лицо Ньюкирка скривилось, словно он откусил кусочек кислющего яблока, и Дэрин схватила его за руку.
- Не сходи с ума. Мыши-стрелоносцы едят только насекомых и фрукты.
- Ага, а еще металлические шипы. Чертовски неестественно, правда? – пробубнил Ньюкирк.
- Они делают только то, для чего их создали, мистер Ньюкирк, – оборвал гардемарина Ригби.
Хотя человеческие гены было строжайше запрещено использовать в создании псевдозверей, гардемаринам «Левиафана» часто казалось, что уши старшего боцмана явно были модифицированы учеными. Потому что он мог услышать даже неразборчивый шепот в грохоте десятибалльного шторма.
Завидев сумки с едой, мыши запищали еще громче, стараясь занять наиболее удобное положение на наклонной полусфере носа «Левиафана». Гардемарины соединили вместе свои страховочные канаты и равномерно распределились у носа воздушного корабля, подготовив свои сумки.
- Начинайте, джентльмены! – заорал Ригби.
Дэрин открыла свою сумку и просунула туда руку. Ее пальцы сомкнулись на сушеных фигах, каждая из которых была проткнута небольшой стальной оперенной стрелой. Навстречу брошенным фигам поднялась целая волна летучих мышей, завязавших драку из-за еды.
- Терпеть не могу этих птичек, – пробормотал Ньюкирк.
- Это же не птицы, простофиля! – повернулась в его сторону Дэрин.
- А кто же еще, если не птицы?
- Летучие мыши — млекопитающие. Такие же, как лошади, такие же, как я и ты, — Дэрин чуть не простонала от сказанной Ньюкирком глупости.
- Млекопитающие, которые умеют летать! Господи, что же еще создадут наши сумасшедшие ученые… – Ньюкирк потряс головой, словно отгоняя наваждение.
Дэрин отмахнулась от него, как от мухи, и бросила мышам очередную порцию еды. Ньюкирк на лекциях по натурфилософии обычно просто спал, так что он не особо удивил ее своим поведением. Однако, даже Дэрин казалось странным видеть летучих мышей, поедающих тяжелые металлические стрелы. Причем без какого-либо вреда для себя.
- Убедитесь, что все они получат свою порцию! – крикнул старший боцман.
- Ерунда… Это то же самое, как кормить гусей — самым маленьким все равно не достанется ни кусочка, – пробормотала Дэрин.
Не имело значения, куда падали брошенные Дэрин фиги — над каждым упавшим фруктом сразу же разгоралась нешуточная драка. «Выживает сильнейший». Ученые не смогли вытравить этот основополагающий принцип Матери-природы из своих искусственных созданий.
- Достаточно! Перекормленные мыши нас устроят еще меньше, чем голодные! – наконец крикнул мистер Ригби и повернулся к гардемаринам. А теперь — сюрприз для вас, маленькие бездельники. Кто-нибудь из вас думал о том, чтобы остаться сейчас на верхней палубе?
Мальчишки радостно завопили. Обычно на учениях им приходилось находиться внизу, в гондолах «Левиафана». Но что могло сравнится с ощущением от наблюдения атаки стрелоносных мышей с верхней палубы гиганта!
«Горгона», тянущая за собой корабль-мишень, уже была довольно близко. Сегодняшняя мишень представляла собой старую шхуну. На ней не горело ни одного фонаря, но ее белые паруса отчетливо выделялись на темной поверхности моря. На «Горгоне» перерезали связывающий их с мишенью канат; корабль отошел на примерно на милю от обреченной шхуны. В воздух взвилась сигнальная ракета — знак того, что все готово.
- С дороги, парни! – раздался голос откуда-то сзади.
Голос принадлежал доктору Баску — хирургу «Левиафана» и заодно старшему из находящихся на его борту ученых. В руке Баска был пневматический пистолет — единственное оружие, которое было дозволено иметь членам экипажа аэромонстров. Баск смело шагнул прямо в самую гущу мышей; они разлетелись в стороны, чтобы не попасть под тяжелые ботинки доктора.
- Ну, давай! – Дэрин схватила Ньюкирка за руку и перегнулась через ограждающий борт «Левиафана» леер, чтобы лучше разглядеть то, что вскоре произойдет.
- Только не вздумайте упасть, джентльмены, – насмешливо сказал Ригби.
Дэрин проигнорировала предупреждение Ригби, ее больше интересовало то, что внизу. Хоть одной из обязанностей, возложенных на старшего боцмана, было присматривать за новобранцами, но Ригби, кажется, упорно изображал из себя просто строгую мамочку.
Мимо Дэрин проскочила посыльная ящерка и застыла перед доктором. «Можете начинать атаку, доктор Баск» – сказала она голосом капитана «Левиафана». Баск кивнул (так обычно поступали все люди, получающие сообщение от ящерок, хоть и знали, что это было совершенно бессмысленным) и поднял пистолет. Дэрин крепко вцепилась в леер…
- Берегите уши, мистер Ньюкирк!
- Есть, сэр!
Прогрохотал выстрел, мембрана «Левиафана» задрожала — и напуганные мыши поднялись в воздух. Стая напоминала огромный черный лист бумаги, который треплет ветер. Они кружились словно в каком-то безумном водовороте — буре из темных крыльев и сверкающих глаз… Ньюкирк снова задрожал и спрятался за спину Дэрин.
- Не придуривайся! Они еще не готовы выпустить свои стрелы, – попыталась успокоить его Дэрин.
- Надеюсь, что еще нет.
Через несколько секунд луч боевого прожектора главной гондолы прорезал ночную темноту. Мыши ринулись прямо на этот свет, ведомые, словно компасом, смешанными в их организмах генами мотылька и комара. Луч наполнился черными пятнами их тел, совсем как пылью, танцующей в солнечном свете. Прожектор стал двигаться из стороны в сторону, и мыши постоянно следовали за его лучом. Они заполнили полосу света по всей ее длине, подбираясь все ближе и ближе к качающейся на волнах мишени. Луч точно вывел стаю на цель и… внезапно его свет изменился на ярко-красный! Даже сквозь грохот машин «Левиафана» и воинственные крики его экипажа Дэрин услышала жуткий писк, который издала в этот момент стая.
Стрелоносные мыши до смерти боялись красного цвета — и от этого испуга выпускали только что съеденные ими металлические стрелы. Как только стрелы полетели вниз, огромная туча мышей сразу распалась на маленькие облачка, торопливо возвращающиеся к своим гнездам на «Левиафане». В это же время луч прожектора уткнулся прямо в мишень.
Стрелы все еще падали. Тысячами. В кроваво-красном свете прожектора они были похожи на страшный стальной дождь, разрывающий на клочки паруса шхуны. Даже с высоты Дэрин отчетливо видела, как от деревянной палубы отлетает множество обломков. Мачты медленно наклонялись — их ванты и оттяжки были перерезаны.
- Ха! – крикнул Ньюкирк, – Они точно смогут преподать урок германцам!
Дэрин нахмурила брови, пытаясь представить, что бы стало с экипажем шхуны, если бы он находился на судне Малоприятное зрелище… Даже броненосец серьезно пострадал бы после такой атаки — по крайней мере, лишился бы орудий верхней палубы, такелажа и сигнальных флагов. О том, что могут сделать стальные стрелы с застигнутой на открытом пространстве пехотой или кавалерией, даже не хотелось думать.
- Так вот почему ты пошел добровольцем на «Левиафан».. – медленно проговорила Дэрин, – Потому что ты ненавидишь германцев гораздо больше, чем псевдозверей?
- Нет, – ответил Ньюкирк, – идея отправить меня в Воздушный Флот принадлежала моей матушке.
- Но она же из этих, Обезьяньих Луддитов, верно?
- Ну да, она всегда считала, что псевдозвери — безбожные создания. Но где-то она прослышала о том, что якобы самое безопасное место на войне — вот тут, на воздушном корабле, – он махнул рукой в сторону избитой, полуразрушенной шхуны, – по крайней мере, не так опасно, как там, внизу.
- Бесспорно, – ответила Дэрин и приложила ладонь к слегка вибрирующей оболочке воздушного корабля, – Эй, посмотри-ка, кажется для нас решили устроить еще одно представление!
Итак, в дело вступил ЕВК «Горгона». Два носовых сигнальных прожектора посылали короткие вспышки в темноту, призывая его собственного монстра. Когда лучи прожекторов достигли шхуны, их свет сменился на ослепительно-белый, и теперь можно было в деталях разглядеть повреждения от атаки летучих мышей «Левиафана». От парусов практически ничего не осталось, обрывки такелажа походили на жеваные шнурки, палуба была усеяна обломками и сверкающими стрелами.
- Черт возьми! – заорал Ньюкирк, – Посмотри, что мы с ними…
Он резко оборвал свой крик, когда увидел кракена. В воздухе промелькнуло огромное щупальце, за которым тянулся шлейф срывающихся потоков воды. Кракены Королевского Военно-Морского Флота (насколько Дэрин запомнила из книг) были очередным творением Хаксли, как и «медуза». Только при их создании использовались гены осьминога и гигантского кальмара. В свете прожекторов щупальце походило на огромный медленно разворачивающийся кнут. Оно медленно обернулось вокруг носа шхуны, крепко вцепившись своими присосками в деревянный корпус. Вскоре другая конечность кракена таким же образом обхватила обреченное судно за корму. Ужасный звук ломающегося корпуса шхуны был отчетливо слышен на «Левиафане». Из-под воды появлялись все новые и новые щупальца… Наконец, появилась и голова кракена. Ее единственный глаз на секунду посмотрел на зависший наверху воздушный корабль, и кракен вместе со шхуной исчез в пучине. Вскоре на поверхности моря не осталось ничего — только немного мусора и щепки. Орудия «Горгоны» взревели в залпе, словно салютуя победителю.
- Хмм, – сказал Ньюкирк, – кажется, последнее слово все-таки осталось за Океанским Флотом.. Вот задницы!
- Ну, не думаю что после нашей атаки на этой несчастной шхуне остался бы в живых хоть кто-нибудь… Вряд ли кто-то чувствует боль, когда его убивают во второй раз, – ответила Дэрин.
- Да, пожалуй, все-таки именно мы сделали основную работу. Что ж, чертовски приятно!
Первые летучие мыши уже возвращались на борт «Левиафана», а это значило, что гардемаринам опять придется спускаться за очередной порцией еды. Дэрин снова почувствовала накатывающую на нее усталость. Ей сейчас совершенно не хотелось лезть вниз — туда, где под водой прятался кракен. Наверняка монстр был раздражен тем, что на завтрак ему не досталось ни одного вкусного моряка, а всего лишь деревянный корпус шхуны. А ей совершенно не хотелось поднимать кракену настроение.
Вообще, атака летучих мышей заставила Дэрин поколебаться в правильности принятого ей решения. Может быть, Ньюкирку, хотелось ощутить жажду битвы, но она-то вступила в ряды Воздушного Флота, чтобы летать. Не для того, чтобы с высоты в тысячу футов разорвать на куски каких-то несчастных парней, по воле судьбы оказавшихся врагами. Ну, впрочем, вряд ли германцы и их австрийские союзники будут настолько глупы, чтобы развязать войну из-за убийства какого-то князька. Их Механики чем-то напоминали мать Ньюкирка. Они боялись псевдозверей и практически боготворили созданные своими руками механизмы. Интересно, неужели они действительно надеются, что их компания шагающих машин и жужжащих аэропланов способна противостоять дарвинистской мощи России, Франции и Британии?
Дэрин Шарп потрясла головой, словно желая выбросить из нее все мысли о войне. «Нет, они не посмеют…» – подумала она. Дэрин отвела свой взгляд от плавающих в море обломков шхуны и стала спускаться вслед за Ньюкирком по вибрирующему борту «Левиафана».
