Chapter 17
Сим полукреслом мастер Гамбсъ открывает новую партию мебели.
На отдаленном холме стоял тяжелый фрегат; его сигнальные флаги развевались на легком ветру.
- Солидный повод для беспокойства, – сказал Клопп, опуская полевой бинокль, – Тысячетонный, класса «Вотан». Новая, фактически экспериментальная модель. Достаточно небольшого размера, чтобы сохранить высокую скорость, и достаточно хорошо вооруженный, чтобы превратить «Громоход» в кучу стального лома.
Алек взял бинокль у Клоппа и прижал его к глазам. Алек не раз уже видел шагатели намного большего размера, чем «Геркулес», но во многократном приближении отличной цейсовской оптики восемь огромных ног, делающие фрегат похожим на огромного паука, внушали уважение и страх. Клубы выхлопов явно указывали на мощность его машин, укрытых за стальной броней.
- Что он делает здесь, на границе? Неужели даже нейтральная Швейцария ввязалась в войну? – недоуменно спросил Алек.
- Подозреваю, что они ждут нас, – ответил ему граф Фольгер.
- Видите «воронье гнездо»? – Клопп показал на высокую мачту на орудийной палубе фрегата. На самом верху ее, на маленькой платформе виднелись две небольших фигурки наблюдателей. – А дозорная вышка, между прочим, не входит в обычный комплект оборудования, который имеется на фрегате.
- Обратите внимание, Ваша Светлость — наблюдатели смотрят в нашу сторону, в сторону Австрии, – дополнил капрал Бауэр.
Рубка «Громохода» была переполнена, трое стоящих полукругом за Алеком людей образовали некое подобие семейного портрета.
- Может, он здесь для того, чтобы встретить нас?
- Скорее, для того, чтобы преградить нам путь, – опуская бинокль, сказал Алек, – Из-за моей оплошности они знают, что мы направляемся в Швейцарию.
- Ну, а куда же еще мы могли направиться? – пожал плечами Фольгер.
Алек подумал, что Фольгер прав. В разгоревшейся войне только одна европейская страна оставалась нейтральной — Швейцария, последнее и единственное укрытие для беглецов, беженцев и дезертиров…
Алеку казалось несправедливым оказаться в самом конце пути перед таким серьезным препятствием, которым был фрегат. Чуть больше, чем за месяц, они пересекли всю Австрию, каждую ночь продираясь через глухие леса. На них охотились; в них стреляли; один раз даже их бомбили с аэроплана. Они проводили целые дни в поисках топлива и запчастей на фермах и свалках, чтобы «Громоход» мог двигаться дальше. И вот, когда им уже оставался последний короткий переход — выяснилось, что на их пути стоит огромный стальной паук. Было очевидно, что «Геркулес» в ближайшее время никуда не уйдет со своего поста. Под ним стояли палатки; рядом можно было видеть шестиногий грузовой шагатель, готовый в любой момент подвезти припасы и свежую смену для экипажа.
- Насколько далеко от нас граница? – спросил Алек.
- Вы смотрите прямо на нее, Ваша Светлость, – ответил Бауэр, указав рукой прямо за фрегат, – Эти горные пики — уже Швейцария.
- Она для нас не ближе Марса, – покачал головой Клопп, – Если мы будем искать другой горный проход, это займет не меньше недели.
- У нас просто это не выйдет, – сказал Алек, глянув на топливный расходомер.
Стрелка прибора показывала, что керосина осталось не больше половины бака, а это означало что топлива оставалось на пару дней пути, не больше. Вообще, после нелепой ошибки, допущенной Алеком в Линце, керосин было очень тяжело доставать. Дороги заполонили конные разъезды; небо постоянно патрулировали цеппелины — все потому, что Алек какую-то минуту вел себя, как ребенок. Но, все же, Фольгер оказался прав — о принце Александре Гогенбергском не забыли.
- Раз мы не можем обойти их — придется прорываться, – решил Алек.
Клопп вновь покачал головой.
- Такие фрегаты, как «Геркулес», были разработаны специально для встречного боя. Его орудия главного калибра сконцентрированы в носовых башнях — а значит, им даже не придется разворачиваться к нам бортом.
- Я и не предлагал атаковать «Геркулес».
Клопп и Фольгер в изумлении уставились на него, и Алек задумался — неужели они так его и не поняли? Он вздохнул.
- Перед тем, как все это началось, кому-нибудь из вас приходилось передвигаться в шагателе по ночам? – спросил Алек.
- Слишком рискованно. Во время Балканской войны шагатели использовались только в светлое время суток, – пожал плечами Клопп.
- Именно, – продолжил Алек, – Но мы-то пересекли всю Австрию, двигаясь исключительно по ночам. Мы обладаем умением, которым еще никто не осмелился овладеть!
- Вы, Ваша Светлость. Не мы. Мои старые глаза совсем не годятся для этого, – ответил Отто.
- Ерунда, Клопп! Вы — гораздо лучший пилот, нежели я.
- Днем — возможно, – Клопп покачал головой, – Но ночью за рычагами должен быть ты, Алек.
Алек задумался. Весь прошедший месяц ему казалось, что старик Отто просто дает ему попрактиковаться в вождении шагателя, и мысль, только что высказанная его наставником, ввергла Алека в некоторое замешательство.
- Вы уверены? – спросил он Клоппа.
- Абсолютно, Ваша Светлость, – ответил Отто, похлопав Алека по плечу, – А Вы что скажете по этому поводу, граф?
- Знаете, Отто, мне кажется, что наш юный Моцарт уже достаточно попрактиковался в ночных переходах. А значит, пришло время экзамена!
Сразу после заката зарычали двигатели «Громохода». Последние солнечные лучи еще оставляли жемчужные отблески на виднеющихся вдалеке снежных горных вершинах. Но тени гор уже скрыли проход между ними в темноте. Алек прикоснулся к рычагам — и внезапно от стоящего фрегата протянулись два ярких луча прожекторов. Они разрезали ночную темноту, как огромные сверкающие лезвия.
- Они знают, что мы здесь, – в отчаянии руки Алека отпустили рычаги.
- Вздор, юный господин! – сказал Клопп, – Они просто подозревают, что мы можем попробовать прорваться под прикрытием темноты. Но два прожектора ведь не смогут осветить всю границу!
Алек все еще не мог решиться. Вовсю ходили слухи о некоем секретном германском оружии — устройствах, способных слышать на расстоянии даже очень слабые звуки, и машинах, которые при помощи радиоволн могли обнаружить врага даже сквозь туман и темноту.
- А вдруг у них на борту есть еще что-нибудь посерьезнее прожекторов?
- Ну, тогда нам придется импровизировать, Ваша Светлость, – улыбнулся Клопп.
Алек внимательно следил за лучами. Казалось, что их передвижения не подчиняются никакому закону и совершенно непредсказуемы. Остаться незамеченными в их свете было бы большой удачей, а вот удачи им все это время как раз и не хватало. Нынешний план был полностью на совести Алека, и если сейчас что-то пойдет не так, виноват в этом будет только он. Он отогнал эти мысли прочь, вспомнив одну из любимых цитат отца – «Жизнь полна опасностей, но безопасно как раз среди них» (?The dangers of life are infinite, and among them is safety, цитата из Гете, русский литературный перевод пока не нагуглил, посему буду благодарен за помощь) Пожалуй, Гёте был прав. Настоящая опасность таилась здесь, в Австрии. Если они сейчас попытаются избегнуть необходимого риска, рано или поздно их найдут. Алек отбросил последние сомнения и вновь взялся за рычаги.
- Все готовы?
- Мы готовы, когда готов ты, Алек, – Фольгер высунулся в верхний люк, поставив свои ноги на спинку пилотского кресла.
Подошвы сапог графа одновременно коснулись плеч Алека — это был сигнал начинать движение вперед. Алек обхватил крепче рычаги и сделал первый шаг. Тут же сапог графа толкнул его в левое плечо, и Алек незамедлительно сдвинул «Громоход» левее. Ему казалось несколько унизительным, что им управляют как марионеткой — но в данном случае это было оправдано тем, что у графа был гораздо лучший обзор.
- Немного помедленнее, короткими шагами, – сказал Клопп.
Они спускались с холма прямо в длинную и широкую долину, охраняемую «Геркулесом». Алек кивнул, сам чувствуя, что шагатель немного проскальзывает.
- Выпустите кормовой якорь, Хоффман, – крикнул Отто в переговорную трубу.
Сзади послышался звон разворачивающейся стальной цепи. Алек почувствовал рывок назад — якорь цеплялся за корни деревьев, выдирая их из земли.
- Я знаю, не очень-то и удобно. Зато если мы вдруг упадем, то не покатимся по склону, – словно желая успокоить Алека, сказал его старый наставник.
- Я не собираюсь допустить падения, – ответил Алек, еще сильнее сжимая рычаги.
Машины работали в четверть своей мощности, и массивные ноги передвигались медленно, как будто они шли наполовину погруженными в густой сироп. На черном небе только-только появилась луна, и Алеку сквозь смотровую щель было не видно ничего, кроме темных переплетающихся ветвей. Сапоги графа толкали его то в левое, то в правое плечо; ноги шагателя цеплялись за корни деревьев. Все это походило на то, как будто бы Алек брел босоногим и с завязанными глазами через комнату, чей пол усеян мышеловками.
Наконец они достигли долины, и Хоффман убрал якорь. Алек все еще ничего не видел, кроме ветвей и листьев, и думал, не виден ли «Громоход» над кронами деревьев. В голове у него роились сомнения. «Может, стоило дождаться сильного ветра? Или даже бури? Или надо было подождать новолуния, когда небо будет совсем темным?»
Его невеселые размышления прервал грохот сапог по полу рубки.
- Вниз, быстро! – спрыгнув обратно в рубку, крикнул Фольгер.
Алек потянулся к приборной доске, но руки Клоппа опередили его — рубку «Громохода» заполнил свист пневматики, и машина почти опустилась на землю. Через несколько мгновений луч ослепительного света прошел прямо над ними. Прожектор недолго обследовал тот участок, где скрывался шагатель — и его луч медленно, можно сказать — лениво — направился к виднеющемуся далеко впереди темному массиву леса.
- Вперед! Теперь они будут искать нас везде, скомандовал Фольгер.
- Боюсь, придется немного подождать, – ответил Клопп, посмотрев на приборы.
- Нам нужно восстановить давление пневматики, а двигатели сейчас еле работают, – объяснил графу Алек, откинувшись в кресле и радуясь короткой передышке — ведь его руки уже порядочно устали.
Несмотря на усталость, Алеку уже хотелось, чтобы их наконец заметили и начали преследовать. Хотелось бежать, а не ползти в темноте. Тут открылся нижний люк и оттуда высунулась взъерошенная голова Хоффмана.
- Прошу прощения, господа, прислушайтесь. Слышите этот шум?
– Поток? – спросил инженера Алек, услышав довольно громкий шум, едва ли не такой же сильный, как рокот машин.
- И очень громкий, Ваша Светлость, улыбнулся Хоффман, – даже громче, чем шум наших двигателей.
- Превосходно! Может, теперь стоит увеличить скорость, наставник Клопп? – спросил Алек, выпрямляясь в своем кресле.
Клопп еще немного вслушивался, затем кивнул. Вскоре «Громоход» уже шел прямо в горном потоке, рокот двигателей смешивался с шумом воды. Луна поднялась уже достаточно высоко, и вода под ногами машины сверкала в ее свете. Фольгер все так же висел в люке, наблюдая за прожекторами, но, по крайней мере, его ноги уже не стояли у Алека на плечах. Капли воды, влетающие в смотровую щель, были очень холодными — видемо даже сейчас, в начале августа, на вершинах гор еще таял снег. Алек подумал о том, сколько времени им придется провести в Альпах. Он надеялся, что все эти таинственные приготовления Фольгера включали в себя уютный домик с жарким камином.
Они уже приближались к возвышенности, на которой стоял фрегат. Алек снова убавил мощность машин, и ноги «Громохода» опять словно стали свинцовыми. Вокруг не было почти никаких звуков — только пение птиц, всплески от металлических ног и журчание потока. Внезапно Алек ощутил сильный удар по спинке его кресла.
- Фольгер, что за…., Алека замер и остановил шагатель, увидев, как что-то мелькнуло впереди, – Выключить двигатели?
- Ни в коем случае, – прошептал Клопп, – если они заметят нас, у нас не будет времени, чтобы завестись.
- Германская пехота, в сотне метров впереди! – чуть опустившись в люке, сказал граф, – похоже, пока они нас не заметили.
Алек негромко выругался, не отпуская, впрочем, рычагов. Непонятно, что было хуже — дать обнаружить себя или сидеть здесь, как кролику в ожидании ястреба. Он наклонился поближе к смотровой щели. Что-то металлическое сверкнуло в темноте, впереди, и Алек услышал крики..
- Думаю, они просто…, – Алек внезапно замолчал, увидев перебегающий через поток отряд пехоты; один из солдат уже поднял свою винтовку и целился в «Громоход», – заметили нас!
Треснул выстрел, пуля звонко ударила по броне.
- Открыть огонь! – крикнул Клопп в переговорную трубу.
- Стойте, наставник!
- Алек прав, – поддержал юношу граф, – ружейная перестрелка, возможно и привлечет внимание экипажа фрегата, но вот орудийный выстрел сразу рассеет все их сомнения. Так что — просто пройдем сквозь них!
Зарычали машины – «Громоход» двинулся вперед, от его огромных ног в воздух поднимались фонтаны воды. Машина побежала по потоку, раскидав германцев, как кегли. Несколько пуль бессильно отскочили от брони, но Алек даже и не собирался закрыть смотровую щель — сейчас его интересовал только лучший обзор, а не собственная безопасность. Теперь — никаких остановок и никаких ошибок — иначе их всех схватят.
Луна поднялась высоко над деревьями, «Громоход» мчался в сверкающих потоках воды. С лица Алека не сходила злорадная улыбка — что ж, пусть только фрегат попробует их догнать! Никто не умеет водить шагатель ночью — за исключением его, Алека!
